– Добрый вечер, сэр! Добро пожаловать к Тони.

При этих ее словах посетитель повернулся – и Брук смогла разглядеть его лицо. Она почувствовала, как у нее от щек отхлынула вся кровь, так что ее лицо под макияжем стало мертвенно-бледным.

«Он нисколько не переменился! – отчаянно подумала она. – Он все такой же заносчивый подонок!»

Черты его лица были такими же суровыми, какими она их помнила, а серые глаза, оценивающе скользнувшие по ее фигуре, блестели льдом. Губы у него были крепко сжаты, но Брук помнила – Боже, как хорошо она помнила! – эту предательскую чувственность его нижней губы. Красная лампа под потолком подсвечивала его коротко остриженные светлые волосы, создавая вокруг его лица огненный ореол, но этот теплый свет ничуть не согревал его взгляда.

– Привет, Брук, – негромко сказал он, и она содрогнулась при звуке знакомого голоса и манеры отрывисто произносить слова.

Облизав пересохшие губы кончиком языка, Брук с трудом проглотила вставший в горле комок.

– Нет… – проговорила она. – Ты же погиб! Неужели ты явился с того света, чтобы найти меня?

Брук не понимала, что происходит, сложная гамма чувств от облегчения до непередаваемого ужаса нахлынула на нее. Победил инстинкт самосохранения, и она отпрянула от него, готовясь бежать.

Он стремительно схватил ее за запястье.

– Я провожу тебя домой, – тихо сказал он. – Нам надо кое о чем поговорить.

– Нет! – снова вскрикнула она. – Ты меня не можешь заставить! – Мучительный возглас протеста вырвался у нее, прежде чем она успела себя остановить. Брук не хотела показаться такой беспомощной.